Category Archives: УГОЛ ЗРЕНИЯ

Папский художник

Ренцо Аллегри
Улисс Сартини родился в Пьяченце в 1943 году. Брал уроки живописи у Луиджи Комолли, ученика Джованни Сегантини, но наибольшее влияние на него оказала живопись итальянского Ренессанса. По признанию самого Сартини, его воспитала прежде всего культура ренессансного гуманизма.

Среди наиболее значительных работ художника – портреты Иоанна Павла II и Бенедикта XVI, бывшего премьер-министра Великобритании Джона Мейджера, Марио Дель Монако и Марии Каллас. Написанный им портрет певицы Джоан Сазерленд вошел в собрание Национальной портретной галереи в Лондоне, а портретное изображение Лучано Паваротти украшает фойе лондонского концертного зала Ковент-Гарден.

Один из лучших современных портретистов, Улисс Сартини, делится впечатлениями от работы над портретами двух выдающихся личностей – Иоанна Павла II и Бенедикта XVI. С ним беседует Ренцо Аллегри.

«Я никогда не думал, что меня так потрясет встреча с Бенедиктом XVI, – признается Улисс Сартини. – В 1992 году я познакомился с Иоанном Павлом II, когда показывал его портрет в Ватикане. Это было незабываемо… Я думал, что столь же яркую, завораживающую личность невозможно себе представить, однако ошибался: Бенедикт XVI оказался таким же обаятельным.

Он совсем не похож на прежнего Папу, но производит не менее сильное впечатление. После нашей встречи прошло несколько месяцев, но я до сих пор вспоминаю о ней. Иоанн Павел II был пылкий, увлекающийся, совсем, как мы, художники, – смущенно улыбаясь, продолжает Сартини, – а вот Бенедикт XVI, наоборот, более сдержанный, хотя и очень сердечный. Когда с ним говоришь, кажется, будто беседуешь с ангелом».

Стройный, худощавый, немногословный, художник выглядит гораздо моложе своих 62 лет. Он родился на севере Италии, в местечке Циано, неподалеку от Пьяченцы. В отрочестве переехал в Милан, чтобы брать уроки живописи у Луиджи Комолли, ученика великого импрессиониста Джованни Сегантини.

Перед работами Сартини в восторге замирают посетители крупнейших музеев мира. Его талант всегда неожидан и многообразен, о чем сполна свидетельствует наиболее известная работа художника – Embriocosmo, фантасмагорическое полотно, на котором едва различимые, как будто бесплотные, сферы создают образ бесконечного пространства. Однако наибольшую славу ему принесли портреты. Улиссу Сартини охотно позируют королевские особы, главы государств, голливудские «звезды», выдающиеся оперные певцы и драматические актеры. Кроме того, ему принадлежат портреты известных церковных деятелей, в том числе бывшего государственного секретаря Святого Престола кардинала Агостино Казароли и американского кардинала Уильяма Генри Килера. В 1992 году он написал портрет Иоанна Павла II, в 2005 запечатлел Бенедикта XVI. Обе работы бурно обсуждались в церковных и светских кругах, а их автора прозвали «папский художник».

- Почему Бенедикт XVI обратился именно к вам? Возможно, у вас были влиятельные ходатаи в Ватикане…

- Многие люди именно так и думают, но, честно скажу, никто обо мне не просил. Для меня самого вся эта история была полной неожиданностью. В конце июля 2005 года, когда я собирался отдохнуть на Дальнем Востоке, мне позвонили из Ватикана и спросили, не согласился бы я написать портрет недавно избранного Папы Бенедикта XVI. Я оторопел и поначалу даже не знал, что ответить. А человек на другом конце провода продолжал: «К концу сентября, в крайнем случае к началу октября, работа должна быть готова». Видите ли, старинная техника, в которой я пишу, требует неспешной работы, поэтому сперва я был готов отказаться, но тут сообразил, что другой такой возможности у меня не будет, и в конце концов ответил согласием. Об отдыхе, естественно, пришлось забыть, и я отправился в Рим.

В Ватикане меня встретил прелат, который говорил со мной по телефону. Он уточнил, что меня просят написать поясной портрет на круглом холсте диаметром 137 сантиметров, который затем переведут в мозаику и поместят в римской базилике Святого Павла за Городскими Стенами (Сан Паоло фуори ле Мура), где собраны портреты всех Пап от святого Петра до Иоанна Павла II.

Прелат объяснял, что мне предстоит делать, а я все больше недоумевал, как же меня угораздило согласиться на такую работу. Ведь я, кроме прочего, понятия не имел о том, как выглядит это «собрание папских портретов». Словом, как только мы обо всем договорились, я поймал такси и помчался в базилику Св. Павла. Затаив дыхание, вхожу в протрясающей красоты храм, поднимаю глаза, вижу, что в его верхней части вдоль нефов тянется фриз с мозаичными портретами всех 264 глав Римской Церкви – от святого Петра до Иоанна Павла II, – и постепенно начинаю осознавать, что вскоре в этом ряду должна будет появиться еще одна мозаика, основой для которой станет моя работа.

Базилика Св. Павла значит для Рима не меньше, чем собор Святого Петра. Она построена на месте, где, по преданию, был погребен святой Павел, замученный в правление Нерона, в 67 году, и ежегодно здесь бывают миллионы людей…

- А что было дальше?

- Осознав возложенную на меня ответственность, я вернулся в Милан и с головой ушел в работу. В начале октября 2005 года портрет был готов. Я привез его в Рим, мастера «перевели» живопись в мозаику, и теперь она находится в верхней части базилики, рядом с портретом Иоанна Павла II.

Я вернулся домой, но вскоре меня снова вызвали в Рим, на сей раз для частной встречи с Папой. Мы беседовали, стоя у базилики, а вокруг – кардиналы, прелаты… Все происходящее было похоже на сон.

- Какое впечатление произвел на вас Бенедикт XVI?

- Очень светлый, улыбчивый человек с добрым и вместе с тем проницательным взглядом. Кажется, будто он видит все, что творится у тебя в душе. Словно стоишь перед столпом света… Да иначе, наверное, и быть не может: не случайно же он – наместник Божий на земле. Устоять перед обаянием этого человека невозможно. Честно скажу, когда я увидел Папу, мне захотелось его обнять.

- А ему портрет понравился?

- Думаю, что да. Он сердечно благодарил, жал мне руку… Похоже, он и впрямь остался доволен этой работой.

- Может быть, вам удалось заметить, что понравилось Папе больше всего?

- Думаю, то, как передан взгляд. Мне хотелось подчеркнуть насыщенность, глубину взгляда, и, кажется, я смог «поймать» неповторимое выражение его лица. Надеюсь, Папа это заметил.

- Что оказалось труднее всего?

- Уложиться в крайне жесткие сроки. Я приступил к работе в конце июля, а сдать ее надо было в начале октября, чтобы оставить достаточно времени мозаичникам из мастерской Святого Петра. Кроме того, на сей раз от меня требовался поясной портрет (Иоанна Павла II я писал в полный рост), фона тоже не было, поэтому предстояло сосредоточиться на выражении лица. Дольше всего я выписывал линию рта. Дело в том, что меня просили изобразить Папу серьезным, но что я мог поделать, если на всех имевшихся у меня фотографиях он улыбается! Кроме того, портрет должен был соответствовать определенным требованиям – взгляд направлен вправо, то есть на алтарь, тщательно прорисованное облачение и так далее, – чтобы он вписался в общий мозаичный ряд, но это стесняло мою свободу.

- Где этот портрет находится сейчас?

- Как собственность Святого Престола он стал частью музейной коллекции Ватикана.

- Многие портретисты, должно быть, вам завидуют. Еще бы, если художник написал портрет Папы, значит, его работам обеспечено место в лучших музеях мира. И все-таки, как вы думаете, почему выбор пал именно на вас?

- Честно скажу: не знаю. Возможно, потому что я и прежде писал портреты выдающихся церковных деятелей. Об этом было известно в Ватикане, вот они и решили ко мне обратиться, как уже обращались в 1990 году, когда меня попросили написать портрет кардинала Агостино Казароли. Не исключено, что кардинал показал мою работу тогдашнему Папе, и мне предложили написать тот самый парадный портрет Иоанна Павла II, который украшает сейчас Большой Зал Собраний в Ватикане. Позднее я написал портрет Уильяма Килера, архиепископа Балтимора. Вполне допускаю, что эти работы могли кому-то приглянуться…

- Вам приходится писать портреты высокопоставленных особ. Вы не робеете перед ними?

- Мне не свойственно благоговеть перед титулами или известностью. Во время работы я прежде всего сосредотачиваюсь на человеке, которого пишу. Мне не важны его регалии, моя задача – поймать то особенное выражение, которое точнее всего передает неповторимость его внутреннего облика.

Так было и когда я работал над портретом Бенедикта XVI, правда, при встрече с ним сохранять спокойствие и отстраненность оказалось очень непросто. Руки тряслись, мысли путались… Нечто подобное я переживал, когда встречался с прежним Папой, но в этот раз, не скрою, волновался гораздо сильнее.

- Список ваших работ свидетельствует о том, что вам близка религиозная тематика.

- Да, я верующий человек и очень дорожу своей верой. Поэтому меня так радует любая возможность работать для Церкви. Не скрою, мне очень приятно знать, что мои работы сейчас находятся в двенадцати храмах Италии, а две живописные композиции помещены в алтарь единственной христианской церкви Кабула. Кроме того, я написал три портрета падре Пио: один – для приходской церкви Пьетрельчины, города в котором родился святой, другой – для церкви Святого Пия X, а третий – для храма Санта Паола Романа.

- Чем привлекла вас личность падре Пио?

- Начнем с того, что я очень почитаю этого поистине необыкновенного человека, и мне отрадно, что я могу хоть что-то сделать ради его памяти.

Но есть и другая причина: падре Пио глубоко почитал мой отец. Сдержанный и немногословный, он никогда не выказывал своего благочестия, но я видел, как он живет, как глубоко, искренне верует, и многому у него учился.

На моем прикроватном столике всегда лежит давняя, еще 50-х годов, фотография падре Пио. Она сложена вдвое: отец всегда носил ее в бумажнике, и мне этот выцветший от времени портрет необычайно дорог.

Отец никогда не ездил в Сан-Джованни-Ротондо, но в 50-х годах там довелось побывать моей тете, и, вернувшись, она рассказывала о разных чудесах, которые там происходили. Скорее всего, эта фотография нам досталась именно от нее. Почитала кроткого капуцина и моя мать. Я же, только повзрослев, по-настоящему осознал величие этого человека, но, как и отец, предпочитаю хранить свои отношения с ним в тайне. Скажу лишь, что, когда я писал портреты падре Пио, мне казалось, что мой отец стоит рядом.

- Почему вы решили стать портретистом?

- Я влюбился в портрет с тех пор, как увидел работы художников XVI века. Когда я учился у Луиджи Комолли, часами просиживал в музеях, и больше всего меня восхищало, как мастера Ренессанса умели писать людей.

Собственно, я и заявил о себе прежде всего как портретист. Но тогда, в 60-е годы, мир преклонялся перед абстрактным искусством, и портрет был явно не в чести у критиков. «Это не живопись, а фотокарточка», – писали они, на что я весьма категорично возражал, что не копирую натуру, а пытаюсь заглянуть в те тайники души, куда не проникнет ни одна камера. Законодатели художнических мод в ту пору меня не замечали. Я же, зная, что публика хорошо принимает мои работы, продолжал упорно двигаться по избранному мной пути, и сегодня те самые критики, что прежде скептически отзывались о моих портретах, говорят о них совсем иначе.

Я берусь за кисть не для того, чтобы как можно точнее воспроизвести на холсте черты «оригинала», но пытаюсь разглядеть само существо «внутреннего человека», его бессмертный дух, словом, выразить то, что отличает данную личность от всех живущих на земле людей. Конечно, это нелегко, но я убежден, что главная задача портретиста – запечатлеть образ души.

Брат Солнце

Дева Мария и католическая вера – две нераздельные жизни

«Пресвятая Дева Мария, Матерь Божья, была не обычной провинциальной девочкой, когда ей явился Архангел Гавриил.

Скорее всего, она принадлежала традиционно-еврейскому царскому роду Давидидов. Кроме этого, она обладала превосходными знаниями Ветхого Завета, предания которого неоднократно цитировала. Также нужно исходить из того, что Мария дала обет целомудрия». В этом абсолютно убеждён историк Михаэль Хеземанн, с которым беседовал корреспондент агентства ZENIT.

Господин Хеземанн, Ваша новая книга «Мария из Назарета: История – археология – легенды», которая вышла в свет в январе текущего года, является биографией Божьей Матери. Что привлекает Вас в Марии?
Read more

Туринская Плащаница подтверждает все выводы судебной медицины о последних днях жизни Иисуса Христа

11/05/2011 13.24.44
Туринская Плащаница с точки зрения исторической, археологической, химической и даже ботанической и нумизматической стала темой конференции, организованной Институтом веры и разума при Папском университете «Царица Апостолов».

В ней принял участие один из самых известных как в Италии, так и за рубежом специалистов по судебной медицине профессор Пьерлуиджи Баима Боллоне, автор многочисленных трудов по изучению Туринской Плащаницы.
Read more

Атеистов в мире становится меньше

10-05-2011
Согласно ежегодному отчету Международного Бюллетеня миссионерских исследований (International Bulletin of Missionary Research; аббревиатура IBMR), атеистов в мире становится меньше в среднем на 300 человек в день. Зато количество христиан увеличивается ежедневно в среднем на 80 тысяч: причем количество католиков возрастает ежедневно на 31 тысячу, а количество харизматиков – на 37 тысяч. Заметна и экспансия ислама: мусульман ежедневно прибавляется на 79 тысяч.
Read more

“Это естественный свет, который зажигают от Неугасимой Лампады

“Это естественный свет, который зажигают от Неугасимой Лампады”. Беседа с начальником Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандритом Исидором о Благодатном Огне
20-04-2011

– Отец Исидор, часто вопросы, которые задают паломники, приезжающие на Святую Землю, связаны с происходящими здесь чудесами. Среди них самое главное – это чудо схождения Благодатного Огня, поэтому многие специально стремятся сюда на Пасху, чтобы присутствовать в Великую Субботу в храме Гроба Господня. Вот, одна паломница пишет: “Мы с дочкой приехали на Пасху, чтобы увидеть Благодатный Огонь, но, к нашему глубокому разочарованию, на схождение Огня попасть так и не удалось. Мы пришли в храм Гроба Господня еще в Великую Пятницу, заняли место и почти целые сутки пробыли там. А под утро израильские солдаты силой вытолкнули нас не только из храма, но и из Старого Города. Лишившись возможности приобщиться благодати Святого Огня, мы ни с чем вернулись домой. Отец Исидор, посоветуйте, как нам попасть на Огонь в следующий раз?” Это одновременно и вопрос, и разочарование, и претензии.
Read more

«От икон до Малевича». Истоки русского искусства

Флоренция, 7 мая 2011 года, radiovaticana.org - На днях во Флоренции завершилась выставка русской живописи под названием «От икон до Малевича. Шедевры Русского музея Санкт-Петербурга». Посетителям Дворца Питти была предоставлена возможность познакомиться с 40 полотнами, охватывающими огромный временной период с древних русских икон до авангарда начала XX века. Газета «Osservatore Romano» посвятила этому событию статью, автор которой анализирует истоки русского искусства, акцентируя внимание на том, что до конца XVII века оно представляло собой в основном церковную архитектуру и народное творчество, высшим выражением которого были иконы.
Read more

Страница 157 из 160« Первая...102030...155156157158159...Последняя »